Главная Контакты В избранное
Подписаться на рассылку "Миры Эльдара Ахадова. Стихи и проза"
Лента новостей: Чтение RSS
  • Читать стихи и рассказы бесплатно

    «    Май 2019    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     12345
    6789101112
    13141516171819
    20212223242526
    2728293031 
    Апрель 2019 (41)
    Март 2019 (1)
    Февраль 2019 (3)
    Январь 2019 (1)
    Декабрь 2018 (4)
    Ноябрь 2018 (3)

    Популярное

    Новости партнеров

    США предъявили Ассанжу 17 новых обвинений
    Министерство юстиции США выдвинуло против основателя основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа 17 новых обвинений.ФСБ задержала подозреваемого в покушении на волгоградского губернатора
    В Москве задержали криминального авторитета Евгения Ремезова, подозреваемого в совершении покушения на главу Волгоградской области Андрея Бочарова. Об этом информирует ТАСС со ссылкой на Центр ...Виктории Нуланд отказали в российской визе
    Бывшей помощнице госсекретаря США по делам Европы и Евразии Виктории Нуланд отказали в российской визе. Она внесена в черный список, составленный властями России в ответ на введение США персональных ...

    Реклама

  • OBLIVION

     Опубликовано: 13-04-2019, 14:45  Комментариев: (0)
    Заметил: у гениев – глаза детей, а если так, то и у детей должно быть глаза гениев. Какими они вырастут – это уж как ляжет карта, но в детстве, наверное, все люди – гении. Ибо все живут настоящим, прошлого ни у кого ещё нет, да и будущее пока не напрягает. Для гениальности, как и для музыки, важен только настоящий момент, настоящее время. Невозможно быть гениальным вчера или завтра. Только здесь и сейчас. Так и музыка – это всегда сейчас, всегда настоящее. Не где-нибудь завтра, не когда-нибудь вчера. Она звучит сейчас. Не важно – слышим мы её или нет. Даже становясь тишиной, она продолжает жить и звучать…
    Я находился в небольшом магазинчике со стеклянной наружной стеной, за которой в обе стороны мелькали прохожие – такие же обитатели местного тюменского курорта, как и я. Продавщица о чём-то энергично рассказывала (вероятно, мне), сопровождая речь показом то одного , то другого товара. Но слух мой неожиданно уловил иную речь - музыкальную - откуда-то снаружи из-за призывно распахнутой стеклянной двери. Это был диалог скрипки и фортепиано, сцепившихся в вихре танго. Не произнеся ни слова, я покинул магазинчик и направился навстречу звукам неуловимо знакомой мелодии.
    Где же я это слышал? Когда? В некотором отдалении от барных столиков, за которыми густо расположились слушатели, две женщины средних лет в облегающих концертных платьях завершали исполнение очень знакомой мне музыкальной пьесы на скрипке и цифровом фортепиано. В зале было темновато, Неяркий свет мягко освещал небольшую сцену. Я заторопился сделать пару фотографий на память, не сразу сообразив, что можно снять и на видео. А когда сообразил, музыка, увы, кончилась.
    Вздохнул и, опустив голову, направился в свой номер. И тут, в коридоре перехода из одного санаторного корпуса в другой, откуда-то изнутри моей же памяти догнал меня задорный голос уличного конферансье: «Аплос! Аплос!! Аплос!!!». Вечерний Буэнос-Айрес. Центр города. Пешеходная улица Флорида, освещённая сдвоенной ниткой подвесных ламп на уровне потолка второго этажа и светом магазинных витрин. Небольшой пешеходный перекрёсток. Лысеющий худощавый брюнет в бежевом жилете с красноватым галстуком время от времени что-то быстро говорит в микрофон, а потом снова звучит музыка и страстная пара исполняет гремучее танго…
    Пары меняются. Невозможно в аргентинском климате беспрестанно двигаться в таком темпе. На месте только конферансье – всё тот же неутомимый громкоголосый зазывала-живчик. Он постоянно напоминает публике об аплодисментах. И люди аплодируют, задерживаясь на пару минут поглазеть на уличных артистов. Или проходят мимо, если нет времени. Одну танцевальную пару сменяет другая. Вот вместо джентльмена в строгом чёрном костюме и славной такой пышечки в полупрозрачном платье с разрезом во всю ногу выходит парень в чёрном пиджаке, широких синих брюках и пронзительно белых туфлях под руку с сухощавой долголицей женщиной средних лет. Танцующих дам красавицами-то не назовёшь, обычный мужчина прошёл бы мимо, не заметив ни ту, ни эту, если б они просто стояли или сидели. Но они танцуют танго. И танцуют его так, что глаз не оторвать!
    Я вспомнил эту мелодию! Это «Либертанго» Астора Пьяццолы! И понеслась моя память в далёкую осень 1979 года под крышу здания с мансардой, стоящего и поныне на одной из линий Васильевского острова в Питере. И жили в этой мансарде двое юношей-студентов – поэт и музыкант. А ещё – хозяин квартиры – 95-летний дедок с ноготок, но с папиросой, помнивший о том, как сапожничал ещё при царе-батюшке. У музыканта было детское лицо с восторженными, влюблёнными в мир вдохновенными и беззащитными глазами. А поэтом был я.
    Музыкант мечтал скопить очень много денег и приобрести на них какую-то невероятно раритетную гитару для сочинения и исполнения на ней гениальной музыки всех времён и народов. По крайней мере, он не раз делился этой мечтой с другом-поэтом. При этом лицо музыканта становилось таким неземным и светлым, словно мерцающим изнутри, как лицо юного Астора Пьяццолы.
    А затем судьба разделила друзей на долгие годы, на несколько десятилетий. И лишь во времена сотовых телефонов и сплошной интернетизации земного шара им повезло вновь обнаружить друг друга. За это время произошло много глобальных мировых событий, повлиявших и на их жизни. Исчезла их общая родина – Советский Союз. Поэт, родившийся в Азербайджане, остался в России. А музыкант, родившийся в Казахстане, оказался в Аргентине, где его основным языком жизни стал испанский. Они недолго переписывались и созванивались: поэт полетел к музыканту. И они встретились. В Буэнос-Айресе. Возле гостиницы «Салес».
    И пили мы за встречу «ерба мате» двумя бомбильями из одной калебасы. Это такой парагвайский чай — напиток из высушенных и измельчённых листьев падуба парагвайского. Бомбилья – особая металлическая или деревянная трубочка с фильтром, через которую пьётся настой. В Аргентине это слово произносят как «бомбижья». Калебаса - традиционный сосуд для приготовления и питья мате, тонизирующего напитка народов Южной Америки. Сосуды выделывались индейцами из древесной тыквы-горлянки. Познакомившиеся с напитком испанцы начали производить калебасы также из других материалов, таких как древесина палисандра, дуба, железного дерева кебрачо, а также из фарфора, керамики и серебра.
    И вспоминали мы нашу жизнь, непредсказуемую, как танго. И рассказывали о ней друг другу. У моего музыканта, как и у Астора Пьяццолы, была в жизни своя судьбоносная Надя, так звали его супругу. А Пьяццола вспоминал о своём парижском педагоге Наде Буланже: «Нади научила меня верить в Астора Пьяццоллу, верить, что моя музыка не так плоха, как я думал. Я ведь часто думал, что я — ничто, потому что играю танго в кабаре, однако, у меня есть то, что называют стилем. Но это было скорее неким сортом внутренней свободы стыдливого исполнителя Танго. Только благодаря Нади, я внезапно освободился, и с этого момента я понимал, какую музыку буду играть». Великий Астор написал опериту «Мария из Буэнос-Айреса» о смерти и воскрешении девушки Марии – духа аргентинского танго нуэво.
    Мой друг не разбогател, не приобрёл уникальную гитару и не прославился на весь мир. Прах аргентинской Марии – его юной дочери - покоится на кладбище Реколета в Буэнос-Айресе. Отец помнит о ней и носит туда цветы – «для Маши». У каждого в жизни свои потери. Толчком для создания известнейшей композиции Пьяццолы «Adios Nonino» стала смерть в октябре 1959 года его отца - Висенте Пьяццолы. Что такое потерять отца, я понимаю:
    Я сегодня речь сказать –
    Не большой мудрец:
    Этой ночью год назад
    Умер мой отец.
    Плох он был или хорош -
    Не ищу словца:
    Миг – год прошёл, как дождь.
    …Год, как нет отца.
    А что такое потерять своего ребёнка, потерять дочь – не дай Бог знать никому!..
    Пьяццола всю жизнь играл на бандонеоне. Это такая гармоника с душой виолончели. Великий Астор мечтал о том времени, когда его инструмент бандонеон станет солировать в симфоническом оркестре, а танго, как и вальсы Штрауса, будет признано явлением классической музыки. Его мечты сбылись.
    Его гениальнейшим творением считаю «OBLIVION» - «ЗАБВЕНИЕ» - музыку к кинофильму «Генрих IV». Сам Астор исполнял это произведение на бандонеоне. Но, на мой взгляд, не менее потрясающе оно звучит в исполнении виолончели хорватского музыканта Степана Хаусера. Почему эта музыка так трогает мою душу? Это очень личное: композитору удалось передать в ней сам дух давно ушедшего времени почти полувековой давности. Это - как воспоминание о том времени, которое никогда уже не вернётся и не повторится. И со смертью его носителя - исчезнет во Вселенной безвозвратно…
    Пьяццоле удалось невозможное – сохранить в мелодии и передать слушателям ощущение неуловимости и исчезновения. Когда я услышал это, то впервые почувствовал, что такое «невыносимо»… Это когда в горле такой спазм, что даже от слёз стало бы легче, но они не идут, не идут, не идут…
    «Музыка — больше, чем женщина: с женщиной можно развестись, а с музыкой — никогда. Женившись на ней однажды, вы уйдете с ней в могилу», - не раз повторял Пьяццола друзьям. И это – правда. Мой постаревший аргентинский товарищ с детским выражением глаз остался в душе тем же ребёнком-музыкантом, каким был в давние незабытые нами обоими семидесятые.
    «Вся моя жизнь» – говорил маэстро Астор, - « это Грустное танго. Вовсе не оттого, что я грущу. Нет, я счастлив, я люблю вкусную еду, хорошее вино — я люблю жить! У моей музыки нет причин быть грустной, но она грустна просто потому, что это Танго. В ней есть драма, но нет пессимизма». И мы можем сказать так же о каждом из живущих и живших на Земле. Лишь бы не случилось Забвения.
    Каждой весной в конце октября – начале ноября весь Буэнос-Айрес, как, впрочем, и вся Аргентина на два месяца погружаются в сиреневый сон. Это цветёт джакаранда. Улицы, переулки, дороги, проспекты, парки и площади – всё вокруг источает лёгкий запах мёда. Это пахнет джакаранда. Сиреневым туманом её цветов окутаны все пространства – внешние и внутренние, какие только есть вокруг вас. Джакаранда в Южной Америке – хозяйка у себя дома. И потому здесь ей позволено всё. Здесь это практически культовое растение. Затем начинаются сиреневые дожди, они смывают цветы джакаранды с деревьев и окрашивают в сиреневый цвет всё на земле и воде – газоны и бассейны, фонтаны и дорожки… а когда падают на землю последние цветы джакаранды, на ней начинают распускаться новые молодые листья. И бессмертие жизни продолжается, не переставая, из года в год. Из тысячелетия в тысячелетие…
    Аргентинское танго – джакаранда народа этой страны, то, что скрепляет людей в единое. И продолжает цвести из года в год. А значит, всё было не напрасно, и забвение не наступит никогда.

    ГИБЛОЕ МЕСТО

     Опубликовано: 13-03-2019, 06:04  Комментариев: (0)
    Это лезвие небезопасно,
    Не ступай по нему, не шути:
    Что угодно разрежет, как масло,
    И живым не позволит сойти.
    Может, ты и поверишь в кого-то,
    Устремишься за чем-то вослед:
    Не твоя это, братец, забота.
    Ничего там на финише нет.
    И никто этот шаг не оценит.
    И никто о тебе не всплакнёт.
    Ни удачи, ни славы, ни денег -
    Ничего кроме бед и хлопот.
    Но, увы, ни хулы, ни молитвы
    Не способны его отвернуть…
    Он шагает по лезвию бритвы,
    И не меркнет сверкающий путь.
    Зима в этом году поздняя. В октябре у нас сорокоградусные морозы - привычное дело. А тут - постоит день-два лёгонький холодок, и снова оттепель. По топким, болотистым местам - ни пройти, ни проехать, пока их хорошенько не прохватит морозом. А мест таких здесь предостаточно. Говорят, что и само название окрестностей в переводе означает «гиблое место». Так ли оно - не знаю, но версия эта существует издавна. Не по своей прихоти, но по требованию федерального закона о недрах все горнодобывающие организации обязаны иметь на территориях своих месторождений геодинамические полигоны, состоящие из сети глубинных реперов, и проводить на них измерения, чтобы знать где и какие деформации в недрах земли имеют место, и насколько они опасны для людей. Работы по созданию таких полигонов проводятся специализированными геодезическими предприятиями.
    Одна из подобных организаций трудится и на наших месторождениях. На сухих и относительно сухих участках земной поверхности в удобное для полевой работы летнее время реперы были успешно и вовремя заложены. Но в наших краях огромное количество таких мест, в которых летом невозможно не только работать, но даже и добраться туда нереально. Болота. Топи. Трясины. Там можно находиться только в зимнее время, когда большой мороз превратит сплошные хляби в твердь.
    Наши подрядчики собирались заложить требуемые проектом репера в подобных местах в октябре, после того как ударят крепкие морозы. Но никаких морозов не было весь октябрь. И начались они ближе к середине ноября. Как только морозная погода установилась, полевые работы начались полным ходом. Полевики торопились наверстать упущенное время и носились по тундре на снегоходах, как угорелые.
    Вечером в субботу 8 декабря случилось несчастье. Дмитрий, ведущий геодезист, богатырь - косая сажень в плечах, оставил полевую бригаду на сооружении репера, а сам в одиночку на снегоходе решил проехаться по просеке на рекогносцировку конечного пункта, до которого оставалось буквально несколько километров. Ехал он с санками позади снегохода. На одном из поворотов санки застряли. Геодезист их отцепил и решил подобраться к ним на снегоходе с задней стороны. Подъехал. И в этот момент у него отказала поджелудочная железа, а следом - и сердце. Смерть была почти мгновенной. Я был знаком с Дмитрием лично и могу характеризовать его только с хорошей стороны: не раз и не два выезжал с ним на маршрут, вместе мёрзли, не раз делились хлебом-солью, поэтому когда узнал о случившемся несчастье, скорбел о нём, как о своём близком товарище.
    Бригада занялась его поисками через несколько часов, когда труп уже порядком окоченел. Ребята знали, что их командир - человек чрезвычайно опытный, и, естественно, никому и в голову не пришло, что причина, по которой он не выходит на связь, столь трагична. Вызвали полицию и «скорую», которая, впрочем, не приехала, сообщив, что за мертвецами традиционно не ездит. Полицейские осмотрели место происшествия, составили акт осмотра, а на словах сочувственно сказали ребятам, что здешние места весьма богаты на подобные несчастные случаи: то с охотниками, то с рыбаками, чуть ли не каждый месяц - по трупу. «Гиблое место» - произнёс один из них напоследок и по-доброму посоветовал уезжать отсюда поскорее.
    Но прежде, чем следовать толковому совету полицейских, необходимо было завершить работы, и передать сооружённые репера представителю заказчика по соответствующему акту. Сдавать работы приехал другой ведущий геодезист. Представителем от заказчика был я. Для того, чтобы добраться до гиблого места, диспетчерами был предоставлен колёсный вездеход, всего две недели как прибывший с завода, абсолютно новёхонький. Вчера утром все собрались на крайней обжитой точке месторождения, чтобы выдвинуться оттуда в голую заснеженную тундру на воображаемую линию, соединяющую все репера полигона.
    Однако, 19-го декабря так ничего и не получилось. Так называемый «вездеход» проехал по тундре не больше двухсот метров. Застрял через сто, а через двести зарылся в снегу так, что всем стало ясно: у нас единственный шанс - вернуться, пока не поздно, обратно. Лебёдка примерзла, и трос не разматывался. Колёса резали сугробы до основания, и никакое снижение давления в них не имело никакого эффекта. Водитель, судя по растерянной реакции, понятия не имел, как управлять машиной в таких условиях. В общем, нас спасло лишь то, что мы не слишком отдалились от автодороги. Дул сильный ветер. Крепчал мороз. К вечеру столбик термометра опустился до минус 27.
    У меня оставалось всего два рабочих дня, после чего в субботу в соответствии с графиком отпусков я собирался лететь к семье в Красноярск на новогодние праздники. Поэтому единственным шансом для подрядчиков оформить документы на оплату выполненных работ до нового года было штурмовать ледяную пустыню тундры 20 декабря. Следующий день нужен был для оформления документов по приёму - передаче объектов. Теперь с другим вездеходом, за рулём которого сидел знакомый уже моим читателям по рассказу «Отморозки» опытный водитель Иван - плотный, круглоголовый, не истерик. От подрядчиков в кабину «трэкола» сели ведущий геодезист Алексей и его водитель, он же член полевой бригады, Альберт. От заказчика опять был я. Двинулись с Богом. «Трэкол» шёл довольно резво. «Буксанули» всего лишь в одном месте - на заметённом бугре над неширокой речкой. Это летом речки - препятствие. Зимой, замёрзшие и заметённые, они иной раз почти незаметны. Почти.
    На двенадцатом километре пути выяснилось, что полбака горючего уже нет. Все задумались, но решили продолжить движение. Завтра ожидается мороз под 42 градуса. Вряд ли в такую погоду можно рисковать с выездом в голую тундру, где и сегодня погода - не подарок: на термометре минус 33. Велик риск не вернуться совсем. Прикинули, что до ближайшей буровой горючего всё же должно хватить, да и часть обратного пути решили сократить, поскольку идти по тем же реперам необходимость уже отпадёт. Продолжили путь.
    Сумрак надвигался быстро. Въехали в лес - хилый, северный, но всё-таки лес. Здесь не так дует, как в чистом поле. Лесная зона узкая, но протяжённая, вдоль реки. Как раз до гиблого места. А вот и оно. На 33 километре лесной просеки возле места недавней гибели геодезиста мы остановились, и все вышли из машины почтить память товарища, замёрзшего здесь, возле дороги, двенадцать дней назад. Место достаточно небольшое. Узкое. Развилка, на которой одна дорога резко под 90 градусов сворачивает влево, а другая тянется прямо. Всё вокруг измято снежными буграми. Сиреневые рыхлые полярные сумерки. Кажется, что дух погибшего геодезиста всё ещё где-то рядом. Минута молчания. Тишина, нависшая над пропастью неминуемого…
    Едем дальше. Просека сужается. Здесь по ней ещё не пробивался ни один «трэкол». Вездеход «Лось», протиснувшийся между деревьев неделю назад с навесным буровым оборудованием, значительно меньше в размерах. Наш «трэкол» то и дело скрипит, но пробивается по узкому прогалу между сумеречными силуэтами деревьев. Вот и конечный репер номер 1067. Фотографирую его на память. Последний репер, до которого так и не добрался наш товарищ. Разворачиваемся.
    Через пару километров выясняется, что у вездехода вот-вот выйдет из строя вариатор. Неприятности «гиблого места» продолжаются. Вскоре рвётся ремень генератора и помпы. Слава Богу, у Ивана есть запасной. Меняет. Продолжаем движение в полной темноте. Наконец, вдали появляются огоньки буровой. Обратный путь до неё оказался на 12 км короче за счёт того, что мы двинулись напрямую по заснеженной целине. Естественно, учитывая все «прелести» местности, где под порой не слишком глубоким снегом таятся овраги, канавы, озёра и просто глубокие ямы.
    Наконец-то выбираемся из тундры на площадку для техники позади буровой. Поход окончен. «Гиблое место» преодолено. Осталось, правда, ещё добраться с месторождения до города. Но это уже «мелочи». Дело сделано. Можно собираться в отпуск… Так казалось мне тогда, зимним вечером 20 декабря. Но я ошибся. История закончилась не этим. Похоже, она вообще всё ещё не закончилась.
    Ровно через месяц после гибели Дмитрия 8 января чары гиблого места догнали и меня: инсульт, парализованы правая нога и рука. В левом полушарии мозга томограф обнаружил две мёртвые зоны. Ровно через месяц, 8 февраля, моя жена Люба увезла меня долечиваться домой, в Красноярск. Я не сдаюсь: уже хожу, уже шевелю пальцами. Ещё подволакиваю ногу, ещё не вполне владею пальцами и нечётко пишу, но пишу ведь! И я вернусь, вернусь, обещаю тебе Дмитрий. Нет таких мест на земле, где мы не пройдём. Нет и не будет.

    Ни на белом свете, ни на чёрном,
    Ни на самом деле, ни во сне
    Ты уже под небом беспризорным
    Никогда не явишься ко мне…
    Твой уход был дерзок и нечаян:
    Просто сердце обратилось в лёд.
    «Потерпи, я вынесу, хозяин!» -
    Грохотал упрямый снегоход.
    И ревел он, заглушая вьюгу,
    Словно звал к себе издалека,
    И возил, возил, возил по кругу
    Час назад живого седока…
    Эй, проснись! Смотри: во тьме и снеге
    Словно отшагали полземли,
    За тобой пришли твои коллеги!
    За тобой товарищи пришли!..
    В зимней тундре холодно и мглисто,
    Но туда, где света торжество,
    На руках несут геодезиста
    Братья по бессмертию его.

    Постскриптум
    Вчера товарищи покойного Димы сообщили мне такую новость: их высокое геодезическое начальство наградило меня юбилейной медалью. За то, что не бросил коллег, дошёл с ними до конца маршрута и принял работы дмитриевой бригады...
    Кто знает, может быть, откажись я 20 декабря ехать с ними по незавершённому им маршруту (а стоял жестокий мороз с ветром, и предыдущая попытка 19 декабря оказалась неудачной, мы вернулись ни с чем), и со мной ничего бы не случилось? Смерть, унесшая его, прошлась по моей правой руке и правой ноге. Только зацепила, но не добила. Формально: выезжать в поле в ту погоду, какая стояла 20 декабря, запрещено инструкциями. Но это я другим могу запретить, а совести своей - не могу. Бывают такие моменты, когда подтвердить человек ты или нет можно только поступком. Нет других вариантов.

    21.12.2018 - 14.03.2019
    Новый Уренгой - Красноярск


    Пока во мне...

     Опубликовано: 27-01-2019, 13:30  Комментариев: (1)
    Пока во мне, колючая, как провод,
    Трепещет оголённая душа,
    Сгодится ей какой угодно повод,
    Явление любого падежа,
    Чтоб ощутить в движениях эфира
    Сквозь времени живое вещество
    За повседневной сутолокой мира
    Реальное бессмертие его.
    Поскольку жизнь у каждого своя,
    Неведомо что будет и что было:
    Сияют в небе из небытия
    Давным-давно угасшие светила.
    И, сумраком стремительным объят,
    Гляжу в его незыблемое лоно,
    И вновь оно притягивает взгляд,
    Как высота, манящая с балкона.
    За бренный миг держась, как за карниз,
    Все в гости мы заглядываем к бездне:
    Она везде, к чему ни прикоснись.
    Но только прикоснись - и всё исчезнет.
    Поскольку жизнь у каждого своя,
    Она бессмертна, как это ни странно,
    И возникает из небытия,
    Как выбегают реки из тумана...

    ОБЛАКО ВОСПОМИНАНИЙ
    Облако воспоминаний приходит ночью, возникает из безмолвного небытия, прячется мелкой росой в траве забвения, окутывает сердца метелью снов, змеиной позёмкой скользит по артериям и венам, бередя сонную душу запахом тлеющего времени, подступая к горлу комом несбывшихся судорожных ожиданий.
    Возникают из былого и безмолвно рушатся вдали древние горы, напоминая бушующие волны неспокойного океана. Блуждающие огни незримых городов проносятся сквозь изумлённое тело. И давнее горластое счастье снова зовёт тебя в еле слышное детство…
    И нет тебя здесь. Ты — там, пока не покинуло твой дом облако воспоминаний, оставив лишь несколько серебряных дождливых росчерков на предутреннем оконном стекле.

    НА СВОИХ ДВОИХ

     Опубликовано: 3-11-2018, 17:08  Комментариев: (1)
    Из минувших дней
    И нездешних мест
    От своих невест
    До Твоих небес,
    Не смыкая глаз,
    Пробираться сквозь,
    То пускаясь в пляс,
    То грустя до слёз,
    Поседеть в пути
    Посреди дорог
    И опять брести
    На другой урок,
    Где учитель строг
    Да и ветер лих

    На своих двоих -
    До небес Твоих…

    ЧИСТАЯ ДУША

     Опубликовано: 18-07-2018, 20:33  Комментариев: (1)
    Маялась душа грешными делами. Самой покоя не было и другим от неё доставалось. Послали её к чёртовой матери. Пошла. Та зыркнула волчьим взглядом, вывернула душу, вынула из неё грешные дела ребятишкам своим на забаву и отпустила. Идёт пустая душа, колышется на ветру. Дунул он посильнее. Надулась душа ветром, затрепетала и полетела куда глаза глядят. А глаза у неё огромные - в полнеба, туманные, с дождями, голубые в просветах. Что там, вдали, шумит? Неужто море? Что там, вдали, светится? Неужто, ночной костёр? Эй, душа! Лети сюда. Не бойся. Никто не обидит. Ночью у костра возле моря все песни - твои, все звёзды - твои, все слова - для тебя, чистая душа… доверчивая… безгрешная…
    • 0
    ---
    Ахадов Эльдар Алихасович — известный российский писатель и поэт, член Союза писателей России, других писательских организаций России, Украины и Азербайджана, член Русского географического общества и Союза маркшейдеров России. Автор более 50 книг прозы и поэзии, лауреат государственной литературной премии губернатора ЯНАО, а также премий «Серебряное перо Руси», «На благо мира» (дважды), «Север – страна без границ» (дважды) и десятков других премий и конкурсов. О его жизни и творчестве повествуется в трёх изданных книгах, о его работах писали два доктора и три кандидата наук. Актуальные сведения о нём имеются в пяти справочных и энциклопедических изданиях на двух государственных языках - России и Азербайджана.
    Он родился во время шторма на маленьком полуострове посреди бушующего южного моря, а в своих произведениях не раз описывал суровую красоту северной земли и арктического неба, под которым провёл десятки лет… Он проложил тысячи километров зимних дорог по ямальской тундре, трудился под землёй на глубине 2200 метров в горах Кавказа, плыл, сопровождаемый дельфинами, на двухмачтовом бриге между островами Эгейского моря. Индейцы племени гуарани посреди тропической сельвы пели ему свои древние песни. Он читал стихи Пушкина в московском саду «Эрмитаж» и с Великой Китайской стены. Эвенкийские и тувинские шаманы делились с ним сакральными тайнами заклинаний. В глухой тайге на далёких приисках по его проекту добывались сотни килограммов россыпного золота. Он купался в ледяной Ангаре и в минеральных водах реки Боржоми. В отрогах Борусского хребта он обнаружил первое в Сибири месторождение редкого зелёного граната. Его именем топографы обозначили на картах два обнаруженных им безымянных водотока в диких Саянах.
    На горе Корковадо под сенью гигантской скульптуры Спасителя он всматривался в знойные кварталы Рио и бескрайнюю даль Южной Атлантики, вспоминая обитателей горы Сахарная Голова диких обезьян и мохнатую банду носух у края гигантского водопада Игуасу. Он заглядывал в узкое грохочущее Горло Дьявола и бродил по вечернему Буэнос-Айресу, любуясь танцорами танго-милонга.
    Он работал в голой заснеженной мессояхской тундре при минус 53 и пробирался партизанскими тропами в горах Сьерра де Эскамбрай от деревушки Чарко-Асуль до хутора Каса-де-ла-Гайега мимо водопада Сальто де Кабуруни и пещер, где прежде укрывались повстанцы. В течение многих лет он принимал непосредственное участие в освоении самого северного месторождения нефти на материковой суше России, старт промышленной эксплуатации которому дал президент страны… Вручая высшую государственную литературную награду арктического региона его лично благодарил губернатор Ямала, а за творчество, посвящённое Северу, ему выражал искреннюю признательность Генеральный консул Шведского королевства. На сегодняшний день он — единственный на Ямале кавалер Почётного Серебряного Знака Союза маркшейдеров России…

    ВЗГЛЯД ИЗ ВЕЧНОСТИ

     Опубликовано: 24-04-2017, 22:22  Комментариев: (6)
    Автор статьи - Александр Карпенко

    ВЗГЛЯД ИЗ ВЕЧНОСТИ



















    Александр Николаевич Карпенко (1961г.р.) — русский поэт, прозаик, литературный критик, композитор, ветеран-афганец. Переводчик с языка афганской народности да́ри. Член Союза писателей России, Южнорусского Союза писателей и Союза Писателей XXI века. Член Российского отделения Международного ПЕН-клуба. Кавалер боевого ордена Красной Звезды и ордена «Звезда» (Афганистан). Лауреат премии имени Николая Островского. Лауреат журнала «Дети Ра».

    ВЗГЛЯД ИЗ ВЕЧНОСТИ

    Эльдар Ахадов, Бытие. М.,Издательские решения, 2017, 296 с.

    Эльдар Ахадов не перестаёт удивлять меня своими творениями. Казалось бы, только что у него вышла необыкновенная «Кругосветная география русской поэзии». И вот – новая книга, с явным философским подтекстом, который проступает уже в заглавии. Бытие – это то, что возвышается над бытом, как надстройка – над базисом; в то же время, со-бытийность всегда произрастает из самых простых, первоначальных движений души. Бытие – это духовная квинтэссенция человеческой жизни.
    Книга Эльдара Ахадова дерзновенна по замыслу. Автор предвидит, что не всё изложенное в книге, возможно, будет иметь тот отклик, на который ему хотелось бы рассчитывать, и причиной тому – новизна и непривычность некоторых мыслей. Книга написана на горячем градусе «последней правды», это качество способствует доверительной стремительности её прочтения. Эльдар Ахадов обладает нестандартной философичностью и теплотой души, свойственной очень немногим людям. И по мысли, и по чувствам у него всегда «жарко». Но именно это и придаёт ценность его произведениям! Авторское предисловие плавно перерастает у Ахадова в сюжетно-лирическое повествование. Читатель ещё осмысливает предисловие – а книга уже началась! Ахадов (думаю, скорее интуитивно) построил «Бытие» на контрастах. С одной стороны, это краткие сюжеты-изречения в стиле Паскаля и Ницше. С другой – полемические главы о Христе и его учениках. Причём самые бесспорные высказывания идут в начале книги –словно бы для того, чтобы мы затем поняли и приняли необычную трактовку евангелий. Конечно, сейчас трудно сказать новое слово: многое, если не всё, уже сказано до нас. И мы порой обречены на повторение мыслей наших предшественников – естественно, уже по-новому, современными красками. Но, читая «Бытие», постоянно сталкиваешься с высказываниями, которые, несомненно, являются авторскими открытиями писателя. Например, мне запомнилась миниатюра «Исполнители». О том, что кровавые замыслы любого тирана бессильны без людей, которые готовы исполнить его бесчеловечные приказы. И, наоборот, отсутствие таких людей выбивает у тирана почву из-под ног. То есть, граждане деспотии тоже в немалой степени ответственны за проливаемую в стране кровь.
    В отличие от Ницше, у которого была, по его собственному признанию, «злая мудрость», у Ахадова, безусловно, мудрость «добрая». Не случайно он пишет также и сказки. А сказочник не может быть злым по определению. Миниатюры, составившие первую часть «Бытия», читаются на одном дыхании, невзирая на большую плотность повествования. После каждого изречения хочется остановиться и немного подумать. Наверное, и пишутся такие мини-новеллы легко и свободно, как вдох и выдох. Это мысли о жизни, о мире, облечённые в поэтическую, афористичную форму. Это проза, про которую мы говорим, что она одновременно и философия, и поэзия. Лёгкость и музыкальность изложения являются несомненным достоинством произведений Эльдара Ахадова. Его краткие изречения скомпонованы по свинговому принципу. В предыдущей теме часто уже находится зародыш того, о чём пойдёт речь впереди. Невзирая на фонтанирующее разнообразие книги «Бытие», на мой взгляд, именно короткие изречения задают тон всей книге. Как хорошо сказано о вершинах в жизни человека! «…В действительности на вершине нет ничего. Все самое интересное либо внизу, либо гораздо выше... ». Много интересного сказано о природных стихиях. Например, вода у писателя «самоочищается» своим течением: никакая грязь не в силах её запятнать! И повсюду у Эльдара – поэзия! Всё дышит поэзией. У него поэзия – это не просто стихи, не просто поэтические изречения. Это – неотъемлемая часть мировоззрения. И за всем этим – какая-то невероятная доброта. Доброта, пожалуй, неведомая даже Толстому с его подставленной щекой. Ахадов никому ничего не подставляет. Он – просто любит этот мир, и никто не может лишить его вселенской любви ко всему живому и неживому. А какой парадоксальный, «анти-платоновский» взгляд у писателя на мысли о смерти! Что о ней думать? Надо жить и дарить себя другим. Тот, кто всё время думает о смерти, по мнению Ахадова – никакой не философ, а обыкновенный эгоист. А как зазвучали у Эльдара слова Сократа! Помните, «я знаю, что ничего не знаю»? А вот что говорит Ахадов: «И знаем мы не всё. И не всё, что мы знаем – истина». Так и хочется воскликнуть в душе: «Браво!» Настолько это точно и свежо.
    Писатель Ахадов – личность необычная, яркая и неповторимая. Душа и дух в нём равновелики, потому как дар сострадания возникает в сердце философа. У Ахадова мы встречаем очень интересный взгляд на мир – из вечности, которая будет уже после нас. Это, в сущности, «пастернаковский» взгляд из «Доктора Живаго», когда героя уже нет на этом свете, но он, тем не менее, есть. Жизнь продолжается, и что-то из писательского наследия продолжает резонировать с новым временем. Дети, внуки, творчество, идеи…
    Ахадов часто парадоксален, в хорошем, пушкинском смысле этого слова; его парадоксы, как правило, залегают на большой глубине. Это не какое-то научное мудрствование: он говорит о том, что близко всем и каждому. Его философия чувственна. Мне приходит на ум поздняя книга Антуана де Сент-Экзюпери «Цитадель», где автор так же глубоко пытался проникнуть в смысл жизни. Как у Экзюпери, так и у Ахадова это уже «итоговые» мысли, результат напряжённой духовной работы нескольких десятилетий. Эльдар Ахадов даёт свой ответ и на вечные русские вопросы «Что делать?» и «Кто виноват». Афоризмы и мысли плавно перетекают у писателя в рифмованные стихи, лишний раз доказывая, что для него, как выразился Вольтер, «все жанры хороши, кроме скучного».

    Огонь и вода

    И если я – вода, то пусть вода течёт
    Отсюда и туда, куда её влечёт
    Рыбацкое весло, наклон земной оси…
    Того, что истекло, вернуться не проси.
    И если ты – огонь, то пусть огонь горит.
    Смотри, как сквозь ладонь он с ветром говорит,
    Что даже без меня со мною ты везде,
    Как отблески огня в невидимой воде…

    Больше всего полемики в душе читателя вызывают те главы из книги Ахадова, которые посвящены жизни Христа и его апостолов. Большое достоинство поэта – не всё брать на веру; искать новые объяснения, казалось бы, хорошо известным событиям. И всё же, когда речь идет о лицах официальных конфессий, я предпочитаю позицию здорового консерватизма. Невозможно «переиграть» историю. Раз Иуде выпала неблаговидная роль ренегата и отступника, ничего с этим уже не поделаешь. Как и Эльдар Ахадов, в своё время делал попытку реабилитировать Искариота сподвижник Максима Горького Леонид Андреев. Но, думаю, даже, возьмись за это дело Достоевский и Толстой, оно не сдвинулось бы с мёртвой точки: самому гениальному писателю не под силу пошатнуть многовековую традицию догматического мышления. Вспоминаются строки из «Юноны и Авось»: «Авантюра не удалась. За попытку – спасибо». Эльдар Ахадов вычитал в Евангелиях строки, доказывающие невиновность Иуды. Но для меня это какая-то мистическая жертва. Иисус добровольно пошёл на смерть. А Иуда добровольно согласился стать единственным отступником, проклинаемым в веках. Хотя, по правде говоря, доносителем мог оказаться любой из апостолов, настолько революционными были мысли Христа. И любой из них мог оправдать свой поступок защитой интересов государства. Поэтому для меня даже странно, что предатель, согласно каноническим текстам, оказался только один.
    И в этом философском контексте у Ахадова появляются рассказы о малоизвестных фактах из жизни Пушкина, Лермонтова, Есенина, Гумилёва и других писателей-путешественников. Всё это очень интересно. Сама жизнь является путешествием сознания, состоящим из множества мини-новелл. Путешествия питают творчество поэта, и всё в душе начинает звучать как величественный гимн Жизни. Думаю, что «Бытие» – книга не одноразового прочтения. Для кого-то из читателей она может стать «настольной». Эльдар Ахадов совершил в своей жизни множество путешествий, забирался даже в далёкие латиноамериканские страны, Аргентину и Бразилию. «Мы бессмертны, пока живы», – говорит писатель. И хочется от всей души поздравить Эльдара Ахадова с новой книгой и пожелать ему новых незабываемых минут творчества.


    23.04.17

    Александр КАРПЕНКО

    ВЗГЛЯД ИЗ ВЕЧНОСТИВЗГЛЯД ИЗ ВЕЧНОСТИ

    Ссылка на книгу "Бытие"
    Открыт сайт книги "Бытие" . На нем можно ознакомиться с откликами на книгу и ее содержанием. Желающие могут там же ее приобрести. Автор выражает глубокую благодарность своим учителям в мире литературы: Виктору Петровичу Астафьеву, Тимуру Касымовичу Зульфикарову, Алитету Николаевичу Немтушкину, Владимиру Абдул-Азим оглу Кафарову, Аиде Петровне Федоровой, Эдуарду Ивановичу Русакову, Сергею Даниловичу Кузнечихину...
    С книгой можно ознакомиться, кликнув по ссылке, расположенной под этим текстом над фотографиями.

    книга Эльдара Ахадова "Бытие"

    Книга Эльдара Ахадова "БЫТИЕ"














    Книга Эльдара Ахадова "БЫТИЕ"Книга Эльдара Ахадова "БЫТИЕ"