Туман предрассветный
Неслышно крадется, не видно ни зги.
Душе безответной
Всё чудятся чьи-то глухие шаги.

Взяла я папу на каток,
Чтоб научить кататься.
Он так старался, даже взмок:
Сперва коньки надеть не мог,

«Олом, барасынмы кая?
Кир'акми, ярабби», -
Вздыхает бабушка моя –
Татарская аби.

Дел заплечных мастера– им никак без топора:
Что сегодня, что вчера - безупречные…
Приходите,- говорят, - вырубаем всех подряд,
Совершаем сей обряд веки вечные.

Этой ночью, как и предыдущей,
Снился мне все тот же дивный сон:
Будто Бог Единый Присносущий
Устилает блеском небосклон

Скользит спросонья лёгкая рука,
Проглаживая каждую пелёнку,
Всю жизнь свою до капли молока
Ты отдаёшь бесценному ребёнку.

Солнце кружило над её головой весь день, весь день, весь день… Она шла вдоль берега синего моря, сияющего пенными улыбками целующих её ноги и тут же почтительно отступающих волн, а за ней на влажном песке, словно в воздухе, возникали и исчезали ее следы. Будто пытались догнать её и рассказать о чём-то очень важном. И не могли – исчезали в песке, как на небе…

Влажный, солоноватый, тёплый ветерок вился вокруг неё жизнерадостным щенком, стараясь лизнуть в щёку, а она всё уклонялась, смеясь. И лёгкие золотистые волосы, струясь, заслоняли её лицо от ветра.

Она шла вдоль берега моря, не оглядываясь на пальмы, шелестящие невдалеке, не вслушиваясь в звуки фламенко, вспыхивающие сквозь ветер с ближайшей эстрадной площадки, она видела только край бесконечного моря.

«Любовь долготерпит, милосердствует. Любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит.» Апостол Павел


Захлопнулась дверь. Повернулись ключи.
Истаял в окне отголосок свечи.
Забрезжило небо вдали.
И снова твой взгляд терпеливый присох

Дорога стелется, словно дым,
В ладонях седой пурги…
Читаю путь по губам твоим,
Когда не видно ни зги…

Сквозь облачка струится свет
Прозрачный, нежно-золотистый,
Так слову доброму вослед
Душа становится лучистой.